Alex Moma (alex_moma) wrote,
Alex Moma
alex_moma

К началу очередного "призыва" в Советскую армию Российской Федерации. Слово Валентине Мельниковой.

.... А вот что именно нужно знать и как вести себя в военкоматах – об этом каждый вторник в клубе « Спорт ивный журналист» в Москве рассказывает председатель Комитета солдатских матерей России Валентина Мельникова. Для тех, кто не может пойти на эти консультации, то есть для жителей других российских регионов, – наша сегодняшняя программа.

Готовимся к походу в военкомат. Слово Валентине Мельниковой.



Валентина Мельникова: Вы не думайте, что в военных комиссариатах сидят люди, что они к вам как-то хорошо относятся, что слова, которые они вам говорят, это правда. Это – людоеды, они питаются кровью призывников. Они за то, что они ребят отправляют в войска, получают большие премии – за выполнение и перевыполнение призыва. Никогда не верьте. Ваша задача, приходя в военкомат, оставить там толковое заявление и документы и, познакомившись с военкомом, внушить ему, что ваш ребенок не сирота, и вы его просто так в обиду не дадите. Поэтому записывайте все. В военных комиссариатах, районных, существуют два дня открытых дверей: понедельник – с 14 до 18 (а реально – до 17), и среда – с 9 до 13. после того, как вы соберете справочки какие-то – по учебе, по инвалидности или пенсии родителей или вы проведете обследование и у вас на руках будут медицинские документы, вы их отксерите, подготовите письмо, подготовите приложение – и пойдете знакомиться с товарищем полковником.

Если мальчику нет 18 лет, родители идут без доверенности. Если же мальчику 18 исполнилось, ребята, самому умному члену своей семьи или самому умному другу, если в семье все идиоты, или самой бойкой подружке вы даете у нотариуса доверенность, и человек ходит вашей доверенностью нотариальной вместо вас. Ничего не пропуская, не слушая никаких инспекторов, не слушая никаких уборщиц в военкомате, в военкомате вы общаетесь с одним должностным лицом, и называется это лицо – военный комиссар объединенного военкомата. Познакомьтесь, объясните военкому Семейный кодекс и так далее, и права ребенка.



Кристина Горелик: Приходят на встречи и люди, мнение которых отличается от мнения председателя Комитета солдатских матерей России.



Участник встречи: Служил в войсках – у нас дедовщины не было. А кто же будет родину защищать, если все будем больные?



Кристина Горелик: А зачем вы сюда пришли тогда?



Участник встречи: Как зачем, посмотреть на эту комедию.



Кристина Горелик: Однако то, что рассказывают родители юношей, мало походит на этот жанр. Говорит Александр Дмитриевич.



Александр Дмитриевич: Я в прошлом году прошел очень серьезное испытание. Получилось так, что у моего сына сначала два сотрудника милиции угнали машину наглым образом, со стоянки, он обратился в Службу собственной безопасности, их задержали, завели уголовное дело. Начались угрозы, шантаж, пятое-десятое. Потом 8 июня прошлого года на улице они его подкараулили и силой сначала два лейтенанта, а когда не смогли они с ним справиться, подъехали два сержанта, уже с автоматами, передергивали затвор, тыкали стволами в живот, в общем, там… били ногами. Я там тоже… я увидел это в окно, просто я почему рассказываю, я все это видел сам, участвовал. Сын успел позвонить сотруднику УСБ, тот говорит: «Не сопротивляйся, иначе могут застрелить, езжай с ними, я сейчас подъеду». Они говорят: «Мы его везем в отделение милиции».

Но на самом деле они его отвезли в военкомат. Так же под дулами автоматов продержали там, один из лейтенантов заходил в кабинеты к врачам, ставил врач одной ручкой, одним почерком за пять лет ставил «Годен, годен, годен…». Хотя его в 2005 году пытались тоже призвать, и этот же военкомат у него обнаружил диагноз. Он спортсмен, тяжелоатлет, и беда у них у всех – пролапс митрального клапана, гипертензия и полный там еще набор. И ему дали отсрочку, направили на обследование, на лечение и, собственно, оставили в покое. В 2006 году все это куда-то делось, все эти записи, все бумаги, все испарилось. И все врачи ставили категорию «А1» - годен в космонавты. Эти же четыре милиционера опять грузят его в машину, везут на Угрешку, печально известную, там эта история повторяется, все врачи опять все ставят. В общем, в течение трех часов его переодели в форму, выписали военный билет и отправили в войска.

Я в тот же день, когда его увезли, я написал заявление в Управление внутренних дел, но хочу сказать, что ответа нет до сих пор из этого управления на действия сотрудником милиции. Хорошо, что в прокуратуре… уголовное дело было заведено, и сын успел сфотографировать на мобильный телефон одного из этих сотрудников милиции, и следователь прокуратуры его узнал, он говорит: «Этот проходит по уголовному делу, один из подозреваемых». И это событие дало толчок, их арестовали, в общем, они уже 10 месяцев сидят в СИЗО, сейчас идет суд, вчера слушание было очередное. Но это пока двое сидят. Сейчас я пытаюсь посадить еще троих участников. Пытался возбудить дело против военкомата, но вот буквально сегодня получил отписку, что «отказано в возбуждении уголовного дела».

На милицию управы нет никакой, кроме Службы собственной безопасности, больше они не боятся ничего, и никто на них не воздействует. Поэтому всем советую узнать адрес и телефон в своем районе Службы собственной безопасности, куратор кто вашего отделения милиции (как правило, это молодой лейтенант), узнать его телефон, рабочий и мобильный, если можно, ну, они, как правило, дают.



Кристина Горелик: В таких случаях нужно сразу обращаться в прокуратуру, в Управление собственной безопасности и в ваш местный Комитет солдатских матерей. Тогда будет шанс вернуть юношу.

Часто военкоматы пытаются оспорить медицинские диагнозы. Как суметь в этой ситуации защитить себя или своего сына – об этом Валентина Мельникова.



Валентина Мельникова: Я спорю с каждой семьей, которая здесь сидит на бутылку грузинского вина, что мальчик по закону не может быть призван на военную службу. Ни один из ребят, которые сейчас достигли 18 лет, не может быть, вот по этому положению о военно-врачебной экспертизе строго, быть призванным. По степени нарушения функций – это критерий годности или негодности. Не диагнозы ваши. Диагнозы могут быть разные, заболевания могут быть тяжелые и не очень, но если степень нарушения функций значительная или умеренная, то ребята признаются или «Д» - негодными к призыву, или «В» - ограниченно годными. А эти категории, по 23-ей статье Федерального закона «О воинской обязанности и военной службе», освобождаются от призыва. У нас есть категория годности «Г» – временно не годен – это отсрочка на лечение. И у нас существуют две категории - «А» - здоров и «Б» - годен с незначительными ограничениями, - по которым человек призывается в войска, только если «Б» - не во все виды войск. Вот что у нас есть.

Как пользоваться расписанием болезней? Первый раз мы получили в руки 260-ый приказ министра обороны еще в 1989 году, осенью, все уже знают. Здесь есть табличка. В этой табличке написано название статьи, номер и подпункты: А, Б, В, Г, Д… И написано, что к каждому подпункту относится.

www . consultant . ru - с 20 часов вечера до 24-х все бесплатно. Скачиваем оттуда Положение о призыве на военную службу, раз, и 400-ый приказ (его, в принципе, можно скачать даже у нас на сайте) министра обороны. Там есть полный перечень документов, которые необходимо предоставлять при призыве.

Вы в России задаете вопрос про власти, имеют ли они право. Не имеют права! У нас есть исчерпывающий перечень. А для того чтобы они ничего, козлы, не требовали – распечатали инструкцию, Положение о призыве, подчеркнули, какие документы нужны – и большой привет. Все документы, которые вы туда несете для информации, вы несете ксерокопии. Нотариально заверяется только то, что нужно для принятия решения, то, что военкомы теперь не имеют права заверять, - это всякие справки официальные, все. Медицинские документы никакие не заверяются, это ничего не нужно. Подлинники вы представляете только те, которые вам выдают или по запросу военкомата, или по направлениям военкомата. Если кто-то будет требовать: «Нет, отдайте нам подлинники», особенно медицинских документов – «Извините, дайте мне, пожалуйста, запрос в это лечебное учреждение и напишите, чтобы они выдали мне на руки. Я вам окажу гуманитарную помощь – бесплатно поработаю курьером». По запросу – пожалуйста, любая поликлиника, любая больница выдаст подлинник. Нет проблем, они обязаны.

Причем все, что вы сделаете сами за деньги, вы легко можете легализовать через свою поликлинику, потому что руководящим медицинским документом при проведении медосвидетельствовании является амбулаторная карта. Как эта происходит легализация? Вот, допустим, мы говорим ребенку: «Ребенок, сделай рентгеновский снимок позвоночника, описание, снимок стоп, кардиограмму и, допустим, ревазграфию сосудов ног». Он это все делает, снимает ксерокопии, приходит к своему участковому врачу и говорит: «Доктор, тут весна тяжелая, у меня было обострение, я пошел на консультацию и мне врач сказал сделать обследование. Я их вклею с обратной стороны карточки». Знаете, как это делается. Запишите себе все до единого, в поликлинику люди приходят к врачу с фразой: «Доктор, у меня есть жалобы на здоровье, окажите мне медицинскую помощь». Есть такое заклинание. Если врач говорит: «Нет, призыв…» - значит, тут же поворачиваемся, идем, пишем жалобу главному врачу. Потому что для врача отказ в медицинской помощи пациенту является врачебным преступлением. Доступно?

Любая отсрочка должна быть оформлена процедурой призыва. Читаем закон о воинской обязанности. Что такое призыв? Это явка на медицинское освидетельствование, где по разным кабинетам сидят семь обалдуев в белых халатах, и мальчонку быстренько-быстренько, в темпе вальса по этим кабинетам проводят, никто глазки не подымает, и мальчику с деревянной ножкой пишут: «Годен в войска без ограничений». К нам пришел ребенок и говорит, что «вот меня признали годным». Мы говорим: «Ну и что?» - «А я инвалид». Штанину задирает, а у него протез такой вот – ступня и половина голени деревянные. Я спрашиваю: «Вас что, не раздевали?» - «Да нет, я в трусах был. Я говорю: «Ну, а как же? А что хирург сказал?» - «А он спросил: «Как себя чувствуешь?». Я говорю: «Да нормально». – «Все, «А», годен. Вперед»». Это не анекдот, ребята, поэтому сначала подготовимся к медицинской комиссии.

После нее мальчик в тот день, когда заседает призывная комиссия вашего района, ваша управа, муниципалитет, которая у вас в паспорте записана, семь обалдуев в другой комнате вместе: военный комиссар в форме, мент в форме, представитель народного образования, глава управы или зам главы управы, еще какой-нибудь ветеран-мухомор или еще кто-нибудь. И в этой комнате мальчику должны объявить, что «ты годен» или «ты ограниченно годен», что «ты призываешься» или «тебе предоставляется отсрочка». В ответ на что мальчик подходит к человеку, который председатель призывной комиссии, протягивает ему заявление и говорит: «Прошу выдать мне на руки копию решения призывной комиссии. Скажите, когда я могу за ним прийти». Доступно? Вот эта процедура должна соблюдаться неукоснительно.



Кристина Горелик: Бывает, когда даже явно заболевание не останавливает сотрудников военкоматов. Рассказывает Марина Павленко.



Марина Павленко: У моего мальчика бронхиальная астма. Когда он становился на учет в военкомате, ему написали: «Годен с незначительными ограничениями», то есть практически годен. Когда я отнесла документы в военкомат, заключение от пульмонолога, что у него бронхиальная астма и что мы наблюдаемся, – «Ой, мы пока не будем брать ваши документы, мы запутаемся». Осенью он у меня попал опять в больницу, я пошла в военкомат и понесла документы о том, что ребенок находится в стационаре. Вы знаете, там было на меня просто нападение со стороны военкома, со стороны начальника второго отделения и со стороны юриста военкомата: «Вы не должны были приходить в военкомат. И вообще, зачем вы обратились в Комитет солдатских матерей, это очень вредная организация? Почему вы не пришли к военкому лично и не закончили это дело полюбовно?» Я говорю: «Вы мне расскажите, что из вас мою любовник, чтобы я с вами заканчивала это полюбовно».



Кристина Горелик: В итоге?



Марина Павленко: Подняли бучу, отправили все в Главную военную прокуратуру. В итоге моему сыну 15 декабря выдали военный билет.



Кристина Горелик: Сколько времени вы вот…



Марина Павленко: Больше года.



Кристина Горелик: Еще пример противозаконного поведения военкоматов.



Участница встречи: Мальчик получил повестку под давлением, пришел домой, позвонил мне. Ему не было проведено правильно медицинское освидетельствование, потому что за три года не было ни единого анализа. И несмотря на это, ему все равно вручили повестку, забрал приписное свидетельство, что не имели права делать. И он на нервной почве попал в больницу у меня. Пока он лежал в больнице, я сделала доверенность, подала в суд. И сейчас мы судимся.



Кристина Горелик: На время судебных разбирательств приостанавливаются всякие мероприятия, связанные с призывом. Кстати, оспорить в суде можно и решение призывной комиссии о годности к прохождению военном службы. В этом случае до конца судебного разбирательство призывника также не имеют права призвать в армию.

А вот что делать тем юношам, которые имели отсрочку от службы в армии не по медицинским, а по другим показаниям? Здесь нужно помнить следующее: в 2008 году в связи с изменением срока службы в армии многие отсрочки буду отменены. Такие, например, как…



Валентина Мельникова: Инвалиды первой и второй группы – родители, бабушки и дедушки. Мамы, папы, бабушки и дедушки – пенсионеры по старости, у которых есть только внук или один сын. Призывники с ребенком до 3 лет. Призывники с женой, беременность которой больше 26 недель. Мальчик, у которого одинокие родители воспитывают еще ребенка – инвалида детства, - со студенческими отсрочками она остается. С 2008 года на все виды получения образования, кроме аспирантуры – она отдельно – одна отсрочка. Если весной 2008 года мальчик, заканчивая школу, хотя бы один день захватит после 18 школьником, у него не останется никаких отсрочек ни на колледж, ни на институт. Это вы в виду имейте. А с 2008 года у нас призыв будет до 15 июля, однако.

Якобы будут призывать на год. Как будто инвалиды за год не подохнут одни, - рассуждает наша Государственная Дума. Поэтому, ребята на отсрочки рассчитывать нельзя. Вы думаете, что, придет новый президент и скажет: «У нас кругом враги, у нас тут Грузия, у нас тут НАТО, а тут – Америка…» Конечно, все увидят, что в войсках бардак, это понятно, - и быстренько всем вернут 2 года. В эту игру мы тоже играли. Это политическая ситуация.



Кристина Горелик: Вот теперь Надежда Дмитриевна не знает, что делать.



Надежда Дмитриевна: У меня сложная история, я вообще сама инвалид, у меня была вторая группа. И там, наверное, военкомат с поликлиникой связался, в общем, у меня большие неприятности с врачами были. И я решила все-таки отсудить эту вторую группу. Знаете, как долго боролась, я уже не ходила, у меня у самой сломан позвоночник – не у ребенка, а у самой перелом. Я добилась, чтобы мне переосвидетельствовали эту группу, и мне дали вторую группу. А вот сейчас опять сняли с меня группу, и у меня уже сил нет бороться, но я не знаю, может быть, и изыщу силы…



Кристина Горелик: А когда у вас была вот эта вот группа, в военкомате никаких проблем у вашего сына не было?



Надежда Дмитриевна: Нет, он прошел комиссии, ему поставили отсрочку до 2011 года, но дело в том, что надо же документы ежегодно посылать. А у меня еще нет пенсионного возраста, я еще более-менее молодая. И теперь вот я не знаю, что я буду делать.



Кристина Горелик: Потому что отсрочки уже не будет.



Надежда Дмитриевна: Да, отсрочки… Вернее, я не могу подтвердить, сейчас у меня третья группа, ее только вчера сняли. Буду всячески бороться за своего ребенка.



Кристина Горелик: В этом 2007 году все отсрочки от службы в армию сохраняются, хотя призывники весеннего и осеннего призывов будут служить уже не два, а полтора года. В 2008 году срок службы сократиться до года. Повлияет ли это каким-то образом на ситуацию в войсках? Спрашиваю Валентину Мельникову.

Что касается как раз полутора годов служба, разные мнения существуют на этот счет, но вот некоторые правозащитники, допустим, бывшие военные и действующие военные говорят о том, что нарушения прав человека в армии или, как принято это называть у военных, дедовщина началась либо с Великой Отечественной войны, после того как пришли, что называется, «старики», которые нюхали порох, и после этого начали учить молодых людей, как жить дальше, либо же с 60-х годов, как раз тогда, когда сокращали срок службы в армии, по-моему, с трех лет на два года, и те молодые люди, которые служили три года, были крайне озлоблены тем, что следующее поколение уже пришло служить два года, - и с тех пор вот подобные нарушения и преступления в армии, что называется, стартовали. Как вы считаете?



Валентина Мельникова: Хорошая сказка, но глупая. Еще 18 лет назад я верила этой сказке, в 1989 году. А теперь-то я знаю, на самом деле, что проблема не в том, что было когда-то. Потому что, извините, с 1945-46 года уже перемерли те офицеры и те сержанты, и те солдаты, которые там служили. А дело в том, что отношение к человеку в российской армии, к его жизни, к его достоинству человеческому ровно такое же, что и в Советском Союзе. Ведь все, что происходит с солдатами, называется «тяжкими преступлениями против личности». Подчас даже не побои, а именно унижение заставляет солдата или покончить с собой, или уйти из части навсегда. Именно от унижений они не могут видеть ни форму, ни офицеров, не верят никому. И это никак не связано с тем, что было когда-то. Но это, конечно, связано с тем, что очень многие офицеры, старшие офицеры прошли и Афган, и Карабах с его жестоким обращением и с солдатами, и с населением, и, конечно, Чечню. Вот эта вот совершенно чудовищная жестокость по отношению к своим собственным сослуживцам, это, конечно, вызывает вот эти преступления.



Кристина Горелик: Другими словами, не будет ли нового всплеска нарушений прав человека и преступлений в связи с переходом на полуторагодовую службу, а в дальнейшем – и на год.



Валентина Мельникова: 50 тысяч преступлений таких против личности в год – это мало разве?



Кристина Горелик: Это данные…



Валентина Мельникова: 50 тысяч – это то количество жалоб, которые приходят в наши 200 с лишним комитетов. На самом деле каждый солдат в той или иной степени подвергается или унижениям, или вымогательству, или побоям. Каждый, кто служит по призыву. И половина офицеров, между прочим, не только лейтенантов, но и капитаном, и майоров, и даже полковников. Поэтому говорить о всплеске – это немножко наивно. Больше, чем сейчас, преступлений… ну, может совершаться, но это уже просто за всякие разумные пределы выходит. Конечно, будут конфликты, потому что те, кто пришел на два года, они, конечно, обижены – с какого перепугу я должен два года жизни отдать, а эти огольцы – всего полтора? Конечно, они будут заставлять своих сослуживцев-полуторагодичников больше работать. Но какая это будет работа? Будет ли это военная служба или будет это подметание плаца или работа на макаронной фабрике по разгрузке муки, я, например, не знаю.

Бессмысленно вот такое вот неразумное сокращение срока без изменения функций солдата, понимаете. Этот год – полтора, а на следующий год – на год. И что? Офицеры рвут на себе волосы – что делать с этими солдатами, которые на полтора года, как их служба будет отличаться от того солдата, который на два года? Как их совместить в одном подразделении? Как их совместить в одном экипаже? А придут годичники – их куда сунуть? Нету, я точно знаю, потому что мы много работаем сейчас с офицерами, и они сами к нам приходят: «Мы не знаем, что с этим делать». Значит, выход один: полгода службы прошло – заставлять всех своих солдат подписывать контракты. Обещают, что ничего, «сынок, мы тебя задерживать не будем, это ничего, что здесь написано, что на три года, ты уйдешь через полтора», а это – ложь. И ребята потом будут тоже иметь неприятности. В общем, это неразумно. Разумно было давным-давно отменить призыв и комплектовать воинские части нормально, отбирая профессиональных солдат.



Кристина Горелик: Валентина Мельникова, глава Союза Комитетов солдатских матерей России.



http://www.svobodanews.ru/Transcript/2007/03/31/20070331170004450.html
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments